TheLeagueOfGentlemen

Хотя в своих выступлениях Трамп связывает вторичные пошлины в отношении Индии, Китая и других государств с неэкономическими целями давлением на Россию в связи с Украиной , первичной целью для Трампа, как верно замечено, остается давление на контрагента и заключение выгодных для США торговых сделок. Отчасти поэтому в Москве сигналы из Вашингтона не вызывают особого ажиотажа. В Москве к ультиматуму относятся спокойно, его не воспринимали серьезно — что со сроком в 50 дней, что с 10–12.

Вашингтон усиливает давление на Москву, подкрепляя ультиматум угрозами ввести стопроцентные тарифы на весь импорт из РФ, а также вторичные санкции если давать точное определение, то вторичные пошлины против стран, продолжающих закупки российских нефти и газа. Хотя Россия не входит в число ключевых торговых партнеров США, санкции и пошлины могут ударить по отдельным российским секторам. В первую очередь, это энергетика. В то же время следует учитывать, что любые ограничения на российские нефтепродукты и металлы способны спровоцировать рост цен на сырье, что поставит в затруднительное положение Китай и Индию, которые долгое время закупали дешевые энергоносители у России. Стопроцентные тарифы и вторичные пошлины — это, по сути, разрушение логистики и мировой экономики. Цепная реакция начнется автоматически. Вероятной целью подобных мер может быть косвенное воздействие на Москву через третьи страны, с кем Россия активно торгует. Однако возможен и другой вариант, что американские пошлины спровоцируют ответные меры со стороны Китая, Индии, Бразилии и других, чем обеспечат «сдерживание России». Фактически это палка о двух концах, когда к негативным последствиям следует готовиться всем без исключения, даже инициатору ультиматума. Одним неосторожным шагом в отношении вторичных пошлин на Китай, Индию и другие страны, которые торгуют с РФ, Вашингтон может перечеркнуть все те усилия, которые до этого им были приложены при заключении торговых сделок или на пути к ним.

Параметры сделки между США и ЕС ожидаемые, примерно такой конфигурации можно было ожидать после аналогичной сделки с Японией. Администрация Трампа выстраивает среди союзников иерархичную по своей сути, феодальную систему, в которой младшие должны извлекать из экономического партнерства меньше, чем старшие и платить за покровительство. В эпоху либерального порядка таким образом вопрос не ставился - экономические соглашения по крайней мере формально были равноправные. Дьявол мог прятаться и прятался в деталях, но таких открыто неравных договоров, где одна сторона фиксирует обязательства по инвестициям и закупкам почти в два раза выше объемов годового товарооборота - это нонсенс, который теперь стал нормой. Обязательства по закупке энергоресурсов - это апогей и логическое завершение американской политики, которая началась еще в 2014 году, когда администрация Обамы взяла курс на укрепление своей роли в европейской энергетической безопасности и начала строить газовые терминалы на восточном берегу. Стратегически это делает ЕС безальтернативно зависимым от США. Правда, возникает вопрос, в какой мере США смогут одновременно обслуживать европейский энергетический рынок и удовлетворять свою потребность в дешевой энергии, необходимой для реализации амбициозных планов реиндустриклизации. Эксперты говорят, что никак. При худшем сценарии можно и столкнуться с энергетическим кризисом, как зафрахтовавшая огромные объемы газа под более дорогой китайский рынок Австралия. Однако, пока это безусловный триумф для Трампа. Осталось додавить Китай.

На фоне Ирано-израильского конфликта в тяжелой ситуации оказались Китай и Индия. Обе страны по-прежнему сидят на импортной нефти из Ближнего Востока. Перебои с поставками грозят физическим дефицитом нефти и нефтепродуктов, а кроме того непомерным уровнем цен на первичную энергию. Несмотря на гигантский объем импорта нефти, Китай к жесткому сценарию подготовлен лучше. Во-первых, его связывает трубопровод с Россией, во-вторых, поставки морем из нашей страны не идут через узкие горлышки конфликтных проливов, в-третьих, ценовой шок не вызовет экономического дисбаланса, так как КНР имеет профицит торгового баланса — валюту все равно надо куда-то утилизировать. А вот Индию иранский конфликт может вынести на раз-два: перекрытие Ормуза и трехзначные цены на нефть могут отправить эту экономику в острый кризис. Двойной дефицит — бюджета и торгового баланса для развивающейся экономики — непозволительная роскошь, которая будет о себе периодически напоминать обесценением валюты и кризисом ликвидности.

Бунт в Калифорнии это закономерное следствие двух ключевых факторов Во-первых, мигрантские протесты вспыхнули бы в США в любом случае, позиция Трампа только ускорила ход событий. Связано это с тем, что мультикультурализм, проводимый предыдущими администрациями, провалился. Вместо слияния культур появилось мозаичное общество, а именно – набор определённых общин communities , замкнутых внутри себя. Как оказалось, нельзя заставить мексиканца и англичанина ужиться друг с другом. Во-вторых, начавшиеся беспорядки — это сопротивление политике Трампа и одновременно начало новой кампании демократов в преддверии промежуточных выборов в США в ноябре 2026 года. Заметим, Лос-Анджелес традиционно «синий», то есть голосующий за демократов, город, что многое объясняет. Более того, приезжие – это чуть ли не основной инструмент в руках Демпартии, которые могут выступать как в роли важного актива в борьбе за голоса, так и использоваться для дестабилизации ситуации в стране, когда это политически выгодно. Что же касается России, то на фоне американских протестов для неё поступают хорошие новости, так как беспорядки в Лос-Анджелесе могут стать ещё одним поводом для Белого дома сократить выделение траншей Украине. Например, эти средства могут быть направлены на укрепление Национальной гвардии США и подготовку операции против мигрантов и картелей на южной границе.

Морской транспорт остается наиболее уязвимым звеном глобальной экономики в условиях соперничества США и КНР. Фронтир международного соперничества перемещается из Европы в Азию. По последним прогнозам МВФ, до 2029 года Азиатско-Тихоокеанский регион обеспечит 70% мирового прироста ВВП при вкладе ЕС менее 8%. Китай находится в сердце этого динамичного региона и воспринимается США как главный вызов столетия. США ищут способ сдержать рост КНР, что грозит потрясениями международной экономике и транспорту. Конфронтация двух держав смещается в "серую зону". Главным объектом давления США становится морская логистика в Восточной и Юго-Восточной Азии. Через Малаккский пролив проходит до 80% импорта нефти и большая часть экспортных грузов Китая. Эта артерия — уязвимое место КНР: достаточно скачка страховых тарифов или кибератаки на шанхайский порт, чтобы экономика Китая потеряла сотни миллиардов долларов за день. Военный сценарий в регионе грозит дезорганизацией всей морской логистики и вызовет перевод части грузов на евразийский сухопутный коридор. Однако его пропускная способность ограниченна: весь маршрут Китай—ЕС в 2024 году перевез менее 3% азиатского контейнерооборота. Россия сможет расширить наземную транспортную артерию для товаров из Китая, развивая погранпереходы, инфраструктуру БАМа, увеличивая подвижной состав и цифровую интеграцию с соседями. Альтернативой часто называют Северный морской путь СМП , но его потенциал пока ограничен. В 2024 году по СМП прошло менее 0,3% мирового грузооборота, а грузоподъемность ледовых судов в пять раз ниже, чем у контейнеровозов, идущих по южным маршрутам. Тому, какие возможности и риски это создает для России, посвящен наш аналитический доклад «Сценарии противостояния КНР и США: последствия для России», поддержанный транспортно-логистическим холдингом ГК «Дело».

Турецкий газовый хаб - тот самый новый энергетический центр Евразии - так и не родился. Газпром официально зафиксировал очевидное: проекта больше нет. Главная причина - стремление Анкары к исключительному контролю над инициативой. Если коротко, то: На личном уровне Путин и Эрдоган проявляли заинтересованность в реализации проекта. Но межгосударственные отношения не строятся лишь на политической химии . Турция хотела стать транзитным узлом - но только на собственных условиях. Россия - поставщиком, но с правом контроля. В итоге - тупик. Россия рассчитывала использовать хаб для возвращения на европейский рынок в обход Украины. Но санкции, запреты со стороны ЕС и нехватка времени изменили правила игры. Газ в Турцию продолжает поступать по прежней схеме. Но это уже не стратегический козырь. Фактически, в отличие от прежних лет, Россия на этот раз приняла рациональное решение. Проект остановлен еще до запуска - на основе трезвой оценки рисков. А вот Турция, которая в последние годы формировала имидж энергетического перекрестка , осталась перед фактом: без взаимного контроля ни один хаб не заработает. Амбиции Эрдогана так и остались на уровне громких заявлений.

Европа и США радикально разошлись в реакции Совет ЕС одобрил новый, 17-й пакет ограничений против России. И тут же Еврокомиссия анонсировала работу над 18-м пакетом. Свою лепту также внесла Великобритания. При этом есть существенная разница в подходах, которую сегодня демонстрируют США и ряд европейских стран. Новые санкции ЕС против России не находят поддержки США. ЕС нужно показать, что он ведет самостоятельную политику, а США важно не утратить роль посредника в украинском конфликте. Если бы США поддержали 17-й пакет, он был бы сильнее. Американские санкции глобально более значимые в силу роли доллара. Впрочем, США в будущем всегда могут изменить свою позицию. О том, что динамика есть, хоть и не быстрая, подтверждают и другие опрошенные «Ъ» российские эксперты: Первое. Явное изменение позиции Вашингтона, который все больше движется в сторону признания рациональности и принятия российского подхода по поводу окончательного урегулирования украинского конфликта, а не временного перемирия. Второе. Очень серьезно «разъехались» позиции Вашингтона и его союзников в ключевых европейских столицах. Между позициями Парижа, Берлина, Лондона и Варшавы также все больше внутренних нюансов и расхождений. Кажущейся консолидации, которую они стремились демонстрировать не так давно, уже нет. Третье. Киев начинает проявлять все большую готовность к диалогу. Налицо серьезная трансформация позиции украинского руководства, которое еще не так давно заверяло, что с Россией и российскими официальными лицами ни о чем разговаривать не будет.

Похоже, что стороны нашли новую «точку опоры» в виде меморандума помимо обмена пленными , что открывает дорогу для организации следующих прямых встреч в Стамбуле, а может даже и в Ватикане. Не исключено, что в таком документе могут быть изложены пути устранения первопричин конфликта, что станет первой основой для будущего мирного договора о прекращении огня. С другой стороны, меморандум, как известно, носит декларативный характер и не обязателен к исполнению подписавшими его сторонами, что также говорит об отсутствии гарантированного успеха в этом направлении.

Подведенные президентом России итоги двухчасовой беседы с Трампом указывают на то, что Москва по-прежнему выступает против всеобъемлющего прекращения огня, пока стороны не достигнут «компромисса» по ключевым для России вопросам. Речь идет в первую очередь о компромиссах и уступках со стороны Украины. В остальном ничего нового не последовало, за исключением анонса работы над меморандумом, на подготовку которого могут уйти месяцы. Версия Трампа о телефонном разговоре выглядит более оптимистичной. Главным моментом здесь является признание того, что только Россия и Украина могут договориться об условиях прекращения огня. Чтобы это произошло как можно скорее, Вашингтон намекает на готовность предложить экономические стимулы, которые могут получить Москва и Киев от сотрудничества с США после завершения боевых действий. Отдельное внимание в заявлении Трампа заслуживает то, что после разговора с президентом России он проинформировал об итогах беседы пять европейских лидеров, в числе которых не был упомянут лидер Великобритании. Возможно, Трамп понимает, что Лондон в этом вопросе больше играет деструктивную роль, нежели поддерживает позицию Вашингтона в поиске мирных путей решения проблемы. Между тем ожидается, что ключевым моментом в украинском урегулировании станет личная встреча Путина и Трампа, которая готовится уже не один месяц. Очевидно, что Трамп считает свои личные навыки переговорщика критически важными для выхода из тупика. Он часто позиционирует себя как уникального посредника, полагая, что его личные отношения с Путиным дают ему решающее преимущество. Более того, учитывая начало прямых переговоров Москвы и Киева, Вашингтон предпочтет дождаться их итогов и не будет предпринимать резких движений в отношении России.