Госдума исследует опыт регионов в развитии кризисных центров для женщин

В Государственной Думе проходит заседание Круглого стола, организованного Комитетом по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства, на тему «Анализ организации деятельности кризисных центров для женщин, находящихся в трудной жизненной ситуации. Выявление лучших региональных практик их функционирования в целях совершенствования действующего законодательства». Трансляцию смотрите по ссылке:

Почти 50% из всех безработных в России составляют женщины Об этом на круглом столе по анализу организации деятельности кризисных центров для женщин, находящихся в трудной жизненной ситуации, заявила глава Комитета по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина. «Такие тяжелые заболевания, как алкоголизм, наркомания одного из членов семьи, игромания, потеря близких людей иногда приводят к состоянию депрессии и тогда человеку требуется поддержка в кризисном центре. Большая часть этих проблем порождена низким материальным достатком и низкой заработной платой. Учитывая, что у нас 49,4% из всех безработных — это женщины, то они и составляют основной «потенциал» этих кризисных центров», — подчеркнула парламентарий. Участники заседания отмечали, что в 16 регионах РФ действуют государственные кризисные центры, созданы 45 НКО по оказанию комплексной социальной помощи семьям с детьми и женщинам, подвергшимся насилию. Представители регионов предложили на федеральном уровне разработать законопроект о поддержке и финансировании таких центров из федерального бюджета.

В России следует установить единые стандарты кризисных центров для женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, чтобы финансирование таких организаций шло из федерального бюджета. Об этом 16 июля заявила председатель Комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина в ходе круглого стола в палате. Депутат отметила, что такие учреждения должны помогать не только подвергающимся физическому насилию или жесткому психологическому давлению, но и потерявшим жилье или работу. По словам Останиной, именно кризисные центры могут оказывать комплексную поддержку. «Мы социальное государство, и мы должны прийти на помощь людям, которые оказались в сложной жизненной ситуации. Мы высоко оцениваем роль общественных организаций, но понимание того, что 45 НКО, которые создают кризисные центры в регионах, — это тоже малая толика вклада», — подчеркнула парламентарий. Останина пояснила, что отсутствие систематического финансирования этих организаций приводит к тому, что и они не могут быть уверены, что завтра-послезавтра будут существовать, поскольку живут на пожертвования. «Нужны единые федеральные стандарты кризисных центров, тогда нужен федеральный закон. Хорошо, что в Москве эта работа поставлена, но финансовые возможности каждого региона отличаются от столицы. А хотелось бы, чтобы женщина в каждом уголке нашей страны могла обратиться в такой центр. Финансирование требуется из федерального бюджета», — сказала законодатель.

Участникам СВО нужна помощь кризисных центров Бывшим уголовникам, вернувшимся со специальной военной операции, нужна помощь кризисных центров, как и женщинам, пострадавшим от домашнего насилия. Об этом 16 июля заявила председатель Комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина в ходе круглого стола в палате. Депутат предлагает «откровенно говорить» о тех, кто отправился на передовую из мест лишения свободы. Они, пояснила Останина, впоследствии могут стать источником насилия в семьях. «Не секрет, что спецоперация внесла свою лепту, ребята, чтобы ускорить свой выход из мест лишения свободы, заключили контракт с Минобороны, они воюют, многие награждены, но длительная изоляция этих людей и передовая огневая позиция не способствуют гуманизации», — пояснила парламентарий. Она полагает, что таким бойцам требуется отдельная программа реабилитации и социализации. Может быть, кризисные центры нужны и ребятам, которые уже отвоевали, но какое-то время были изолированы, уточнила парламентарий. «Давайте сегодня будем откровенно говорить. Помогать нужно всем. Страшные факты, они публично, как правило, озвучиваются, настраивают против этих людей, возможно, для них нужны отдельные кризисные центры», — сказала депутат.

В кризисных центрах для женщин, возможно, появятся отдельные помещения для так называемых «авторов насилия», при этом жертвы не будут с ними пересекаться. С такой инициативой я выступила на круглом столе, который был организован Комитетом Госдумы по делам семьи и посвящен работе кризисных центров. На мероприятии озвучили, что только в 18 процентах субъектах есть государственные кризисные центры. При этом для обращения за помощью к ним необходима наличие местной прописки. В целом сегодня нет даже четко утвержденного понятия «кризисный центр». В разных регионах его трактуют по-разному. В некоторых субъектах, считают, что это центры для женщин, где им оказывают социальную, юридическую и психологическую поддержку, но не предоставляют убежище. В других регионах эта проблема решается, и помощь оказывается не только женщинам, но и мужчинам обычно пожилым, которых бьют дети-алкоголики . Предполагается разработать единый федеральный стандарт «центра помощи гражданам, находящимся в трудной жизненной ситуации». В нем пропишут категории граждан, которые могут рассчитывать на помощь в центре, и перечень услуг. Поскольку жертвы домашнего насилия часто жалуются, что информации о кризисных центрах крайне мало, размещать координаты предлагается на сайтах госуслуг. В идеальном случае появится единый номер, по которому женщина могла бы позвонить, после чего автомобиль выехал бы на адрес, указанный жертвой насилия, водитель забрал бы ее и доставил в безопасное место. Еще одна проблема – женщины все равно вынуждены покидать кризисные центры, чтобы написать заявление в полицию, фиксировать побои и т. д. Предложила вариант, при котором сами полицейские, представители опеки, а при необходимости и врачи приезжали в кризисные центры к новым потерпевшим, и там оказывали бы первую помощь.

Госдума исследует опыт регионов в развитии кризисных центров для женщин Парламентарии планируют проанализировать опыт регионов по развитию кризисных центров для женщин, находящихся в трудной жизненной ситуации. Об этом 16 июля сообщила председатель Комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина в ходе круглого стола в палате. По ее словам, в 16 регионах работают государственные кризисные центры, в большинстве субъектов есть негосударственные. «Мы видим, что экспертам, общественникам, руководителям этих центров уже есть о чем поговорить, есть что обобщить, есть понимание того, какие проблемы нуждаются в регулировании на федеральном уровне», — сказала Останина. Она подчеркнула, что надо отходить от стандартов и следует сосредоточиться именно на конкретных предложениях в сфере улучшения работы кризисных центров, так как это важнейший этап социализации представительниц прекрасного пола. «Нас объединяет общее желание продвигать и развивать эту тему. Депутатов, представителей центров, ведомств. Понятно, что проблема межотраслевая, нужно предложить комплексный подход. Только обсуждая законопроект, например, о домашнем насилии, мы не справимся с проблемой защиты женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации», — отметила Нина Останина.

Центры, которые оказывают социальную помощь женщинам и детям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации, в том числе подвергшимся любым формам насилия в семье, должны помогать во многих ситуациях, а не только при бытовом абьюзе и тирании. Об этом 16 июля сообщила председатель Комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина в ходе круглого стола в палате. Депутат подчеркнула, что трудная жизненная ситуация — это не только ситуация, связанная с жестоким обращением или домашним насилием. «Мы говорим о том, что это целая масса обстоятельств для женщины и семьи в целом», — сказала Останина. В качестве примеров парламентарий обозначила тяжелые заболевания, патологическую зависимость кого-либо из членов семьи: алкоголизм, наркоманию, игроманию; потерю близких людей, которая нередко приводит в такое состояние депрессии, что человеку тоже требуется поддержка; незапланированную беременность; утрату трудоспособности и заработка. «У нас 49,4 процента безработных — это женщины, это как раз свидетельство того, что женщины составляют потенциал кризисных центров», — отметила депутат. Как представитель Оренбуржья Останина напомнила о недавних паводках в регионе, где некоторые люди по сей день находятся в пунктах временного размещения, главные их консультанты и психологи — директора школ. Поэтому даже такие территории нуждаются в компетентных специалистах и кризисных центрах, подытожила Нина Останина.

Останина призвала правоохранителей брать на особый контроль отбывших наказание за насилие в семье В Госдуме на круглом столе по анализу организации деятельности кризисных центров для женщин, находящихся в трудной жизненной ситуации, Председатель Комитета по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина сообщила, что, по данным МВД, жертвами домашнего насилия являются 1,6% женщин. Почти 60% совершенных преступлений в отношении женщин — это рецидивы. «Социализация осуждённых и вышедших из мест лишения свободы — это отдельная тема разговора. Это работа не кризисных центров, а наших правоохранителей. Именно они должны брать на особый учёт и контроль тех людей, которые длительное время были изолированы, которые были лишены возможности контактировать со своей семьёй и детьми и, возможно, утратили навыки общения», — заявила парламентарий.

Участникам СВО нужна помощь кризисных центров, заявила Нина Останина. Депутат предлагает «откровенно говорить» о том, что бывшие заключенные, которые отправились на СВО, могут быть источником насилия в семьях. «Длительная изоляция этих людей, то место, где они сейчас находятся, на передовой, огневые позиции, они совсем даже не способствуют гуманизации», — сказала она. По ее мнению, следует разработать программу для реабилитации и социализации и создать отдельные кризисные центры. Подписывайтесь на «Газету.Ru»

Собирательный образ кризисного центра в регионах — это одинокая баба Маня. Она собирает всех избитых в деревне женщин у себя дома и кормит, а когда мужики за ними приходят, достаёт ружье и отпугивает их. Заслуженный юрист и почётный адвокат России Людмила Айвар высказалась на тему некоммерческих кризисных центров в регионах. Для начала, нужно сформулировать самое понятие «тяжёлая жизненная ситуация», кого помещать в КЦ и кто там должен работать. Например, в крупных городах КЦ много, это «красивые помещения с массажистами, психологами и юристами», а в деревнях реальный кризисный центр — это одинокая баба Маня с ружьём. Кризисный центр — это не только НКО и центр Натальи Завьяловой. Это баба Маня, которая мужем битая, которая бандитом стрелянная. Вот она живёт, одинокая женщина, дети выросли, а здесь, в деревне, мужики бухают, своих жён бьют, детей не кормят. И она собирает этих всех несчастных женщин у себя на хате, кормит, поит, коров доит. И когда к ней приходят мужики подвыпившие, «а где моя жена», она достаёт ружьё и говорит: «сволочь, застрелю, вали отсюда». Мужчин в этом вопросе тоже не нужно дискредитировать, они «всё-таки» подвергаются домашнему насилию. Мужчины они ведь тоже подвергаются семейному насилию. А старики, а инвалиды, они тоже подвергаются семейному насилию. Давайте не будем дискредитировать мужчин и остальных, потому что мы говорим женщины, женщины. Нет, не всегда есть мужчины, но их мало, да, но они есть все-таки.