topinfographic

Стратегия запертых рынков газа – очень больно аукнется развитому миру уже в ближайшие годы. Уже сегодня ценной 500 долларов за тысячу кубометров метана мало кого испугаешь. Однако такие высокие цены на хабах в Европе, Китае или Японии не стимулируют инвестиции в газовую добычу: капексы на 30% ниже пиков 2014 года и в два раза ниже с учетом накопленной инфляции доллара. Проблема в том, что прямо сейчас весь новый спрос в мире удовлетворяет сланцевый газ из США – побочный продукт нефтяной добычи – «халявный», «дерзкий», но очень коротко живущий. Но ресурсы двух крупнейших стран по запасам природного газа в мире – Россия и Иран – заперты санкциями. В итоге на рынке правят бал страны из «второго» эшелона. Но газа из Катара, США или ОАЭ на все мировые нужды не хватит. Например, замещение угля, потребляемого в Китае для электроэнергетики, требует не менее 1 трлн кубов газа в год. Для такого спроса необходима разработка гигантских месторождений, а там глядишь и цены стабилизируются, и угольные ТЭС позакрывюатся.

В ближайшие пару лет США собираются увеличить экспорт СПГ на 50 млрд кубов и приблизив их к уже приличным 200 млрд куб. в год. Сравнимо с экспортными возможностями «Газпрома» в лучшие годы. Кроме того, строятся газопроводы в Мексику. Это потребует порядка 20 млрд кубов в год. Плюс дрязги с Канадой, откуда поступает импортный газ в объемах около 30 млрд кубов в год. Оттуда же идет немного электроэнергии. Потенциально разрыв торговых отношений Канада-США может вылиться в микроэнергетический кризис по обе стороны границы. Кроме того, Америке пророчат резкий рост спроса на 600 ТВт-часов в год для нужд ЦОДов. Для генерации такого количества электроэнергии потребуется около 100 млрд кубов газа. То есть для удовлетворения всех хотелок бизнеса и амбиций президента в ближайшую пятилетку нужно нарастить добычу газа на ~200 млрд кубов в год. Это рост на ~20%. Что для рекордно высокой базы — очень много. А ведь еще есть планы на новую индустриализацию. Очень велик риск, что где-то придется ужаться.

Реакция котировок на рынке нефти на новые тарифы Трампа излишне эмоциональна. ОПЕК+ пристально мониторит рынки и в случае реального падения спроса на нефть очень быстро среагирует и купирует поступление излишних баррелей: практика сокращения добычи отработана. При этом в первом квартале этого года запасы нефти были значительно ниже средних значений за прошлое десятилетие. Тут не стоит забывать об удлинившемся плече доставки вокруг мыса Доброй Надежды и кругосветных путешествиях российской нефти до Индии и обратно, что требует дополнительных и немалых объемов сырья в обращении. При этом спрос на нефть во всяком случае, по имеющимся прогнозам растет, а вот сланцевая добыча нефти в США — уже нет. Последний рекорд добычи установлен в декабре 2023 года! А при текущих ценах никакие «бури, детка, бури» не заставят американских нефтяников вкладывать свои доллары в трубы, песок и пропант. Поэтому стоит ждать быстрого отскока котировок, и особенно быстрого на фоне сокращения добычи в Штатах.

Сверху списочек автопроизводителей, топ-менеджмент которых либо должен выбивать двери в Овальный кабинет и падать на колени перед Дональдом Трампом, либо уходить в отставку, по убывающей. Многие автогиганты пользовались преимуществом глобализации, размещая свои крупные заводы где угодно, только не в США. Автомобиль – это огромная концентрация энергии и труда. В мире мало мест, где первичная энергия стоит дороже, чем в Штатах, но очень много мест, где труд дешевле, экологическое законодательство либеральнее, а налоги ниже. Новые пошлины Трампа если устоят перевернут внутренний рынок автомобилей в США. Тяжело придется большинству, в том числе национальным GM и Ford, построившим заводы в Канаде и Мексике. Кажется, единственный провидец инсайдер и лоббист собственных интересов? – Илон Маск. Его Tesla, хотя бы номинально, имеет 100% локализацию в США. Новые пошлины сделают дороже почти все авто на рынке США. На этом фоне Tesla, хотя и с аккумулятором, но доступнее.

«Судя по спутниковым снимкам Арктик СПГ-2, по всей видимости, произошло сжигание топлива», – пишет Bloomberg. «Это может указывать на возобновление работы после закрытия в октябре прошлого года». Временный запуск Арктик СПГ-2 вывел экспорт СПГ из России на исторический максимум в прошлом году. Сейчас появилась надежда на то, что в этом году произойдет окончательный и бесповоротный запуск самого капиталоемкого завода в России - Арктик СПГ-2. Он укрепит позиции России в мировом рейтинге крупнейших экспортеров СПГ. Но чтобы бросить вызов катарцам и австралийцам в гонке за второе место в мире, мощности СПГ в России необходимо удвоить. А значит, построить несколько СПГ-заводов, в том числе в Мурманске, на Балтике и Дальнем Востоке, то есть все то, что планировалось запустить до конца десятилетия. Из-за санкций, в том числе на суда, реализация этих проектов замедлилась. Однако сланцевая революция в США не вечна. Ее закат или ростом внутреннего потребления газа в США смягчит отношение Дяди Сэма к конкурентам.

С 1 апреля ряд стран ОПЕК+ приступают к увеличению добычи нефти. Точнее, речь идет о постепенном возвращении на рынок части ранее сокращенных объемов. О том, как это будет происходить и чем это грозит нефтяному рынку, – в нашем красочном материале. Не забывайте про лайки и репосты

Интерес нового президента США Дональда Трампа к Арктике не случаен. Легкодоступная нефть в Штатах заканчивается: классические нефтяные месторождения уже перебурены, бум офшорной добычи в Мексиканском заливе Америки подошел к концу, сланцевая революция также закончилась. Тогда как первичной энергии США нужно много: и ИИ кормить, и инфляцию побеждать, и на экспорт торговать. Кто-то в новой администрации Белого Дома достал пыльные папки 20-летней давности и начал показывать президенту карту неразведанных нефтяных месторождений. Белых пятен на карте осталось немного — и это в основном Аляска. В великом походе на Севера США идет тропой России. Отечественные нефтяники методично идут все севернее и севернее, а доля арктических проектов в общей нефтедобыче будет лишь возрастать и в России, и в США. Уже в следующем году Минэнерго США ожидает рост нефтяной добычи на Аляске — впервые за много лет. Планов на освоение Аляски громадье.

В год один китаец потребляет 2 барреля нефтепродуктов бензина, керосина, дизеля , и этот показатель не растет уже пятилетку. Пока КПК удается обойти естественное ограничение производственных сил, вынужденно экономя нефть. Если бы каждый китаец потреблял на уровне сегодняшней Кореи — в три раза больше, то импорт нефти в КНР составлял бы не 11 млн баррелей в сутки, а около 27 млн баррелей в сутки. Естественно, цена этого барреля на мировом рынке находилась бы значительно выше. В год стоимость импортируемой нефти в КНР составляла бы не 300-350 млрд долл., а под триллион или даже больше. То есть торговый баланс Китая выглядел бы совсем нездоровым. Это сказалось бы и на самочувствии стран-контрагентов Китая, рынках Европы и США, которые при ценах выше 100 долл. за барр. ушли бы в острый финансовый кризис. Тем не менее, пока китайский подушевой уровень потребления ГСМ недостижим для Индии и других стран ЮВА. Поэтому потенциал роста спроса на нефть гигантский.

Удивительно, что стоимость транспортировки угля железными дорогами в США падает уже десятилетие, а в России только растет. В зависимости от направления — Запад, Юг, Восток — стоимость доставки тонны угля из Кузбасса в порт составляет 40-50 долларов. Это в два раза выше, нежели средние таксы в США все цифры за 2023 год . Да, дорога российского угля до порта длиннее, но и зарплата российских железнодорожников ниже, а практически весь капекс РЖД на строительство дорог покрывается из бюджета в виде дотаций. В отличие от тех же Штатов, где железные дороги в частных руках. То есть очередная российская монополия столкнулась с накопленными неэффективностями и пытается их решить за счет перекладки своих проблем в тарифы. Все бы было хорошо, но такие базовые отрасли, как электроэнергетическая, топливная в т.ч. газовая и железнодорожная определяют конкурентоспособность любой экономики. Поэтому рост тарифов у тех же РЖД выливается в падение целых отраслей, например, угольной.

Все-таки в инфраструктурных, базовых отраслях «рука рынка» — это зло. Не зря Дональд Трамп ввел режим ЧС в энергетике. Количество буровых установок, работающих на добычу газа в США, держится около 100 штук — ниже в этом веке было только в кризисы. Проблема отрасли — попутный нефтяной газ Пермского бассейна, который обваливает цены на этот ресурс. В итоге на месторождениях Аппалачи, Хенесвилль , где добывают только природный газ без нефтяной составляющей, рентабельность деятельности становится глубоко убыточной. Газовики сокращают буровую активность, выравнивая баланс рынка сокращением предложения. А поставки газа с Пермского бассейна начинают доминировать на газовом рынке. Но скорость прироста добычи газа в Перми аномальна. Но она может начать так же стремительно падать, как сегодня растет. Компенсировать эту выпадающую добычу будет сложно. Да и цены на газ в этот момент окажутся значительно выше. А это проблему у энергетиков и коммунальщиков.